Внезд (vnezd) wrote,
Внезд
vnezd

Про панфиловцев


Но не про тех, и не тогда, и не только про них. А про один из эпизодов битвы за Москву, в котором участвовали бойцы дивизии Панфилова, но в отрыве от дивизионного командования, так что в литературе по истории дивизии мне упоминание этих событий не встречалось. А в описаниях самих событий, как правило, забывают об участии в них панфиловцев.
За недостатком времени не пытаюсь сейчас внести что-то существенно новое в картину тех дней (надеюсь еще сделать это позже), и так вышло много букв. Просто хочу напомнить про один из ключевых эпизодов битвы за Москву, который имел место почти ровно 75 лет назад.

И к злободневной теме киносценариев: всё описанное ниже - это, на мой взгляд, более чем кинематографичные события, где для захватывающего, берущего за душу сюжета даже не нужно ничего специально придумывать. Надеюсь, когда-нибудь талантливые режиссеры до них доберутся.


Через неделю после начала второй фазы «Тайфуна» немецкие войска, наступавшие от Волоколамска, прорвали оборону на правом крыле 16-й армии Рокоссовского, и 23 ноября немецкая 2-я танковая дивизия заняла Солнечногорск. Прямой и удобный путь по Ленинградскому шоссе в тыл 16-й армии и одновременно на Москву был открыт – сколько-нибудь значительных наших сил на этом пути на тот момент не было – лишь у самой Москвы стояли на оборонительных позициях бойцы дивизий народного ополчения. Немцы не собирались упускать этот шанс, и задачей на 24 ноября 2-я танковая дивизия имела достигнуть и занять деревню Дурыкино, таким образом, пройдя треть оставшегося пути до Москвы.

Вообще тема солнечногорского кризиса в значительной степени была закрыта с выходом в 2010 году замечательной книги В.И. Иванова «Солнечногорск: на последнем рубеже». Он проделал огромную работу, собрав множество свидетельств местных жителей и участников тех боев, некоторых из которых он разыскал и выезжал с ними на места боевых действий. А кое-что написал и по личным впечатлениям, так как в те дни был подростком и жил на окраине Солнечногорска. Однако действия и роль некоторых частей остались описанными слабо. Кроме того Иванов практически не использовал немецких документов.

Прорыв немецкого танкового соединения не был неожиданным для советского командования, хотя его темп недооценили, а угрозу видели, прежде всего, Клину. Уже 22 ноября командование Западного фронта стало стягивать к Клину части для нанесения контрудара. В тот же день боевая группа Декера из 2-й танковой дивизии испытала на себе атаку советских «тридцатьчетверок» у деревни Турицино к западу от Солнечногорска, возможно и незапланированную – вероятно, это были танки из состава танкового батальона 129-й тбр, который тоже выдвигался под Клин для участия в контрударе. Атаку удалось отбить. По немецким данным было подбито пять Т-34. Один из этих танков был подожжен попаданием снаряда 37-мм противотанковой пушки в пулеметную амбразуру с расстояния 10 метров. Горящий танк, прежде чем остановиться окончательно, успел раздавить эту пушку и таранить легкий Pz.II.


Т-34, подбитый в д. Турицино. Если он действительно принадлежал 129-й тбр, то его экипаж мог начинать войну еще под Львовом и Бродами в составе 12-й танковой дивизии.

Но эти меры уже запоздали. Еще 22 ноября танки 2-й танковой дивизии провели пробную атаку на Солнечногорск, но тогда с ними вступили в бой подошедший бронепоезд №53 и подразделение ВНОС, так что наобум немцы в город не полезли. Полноценная атака на город состоялась на следующий день. К тому времени в городе занимали позиции батареи 289-го противотанкового артполка. Танковая атака застала их врасплох. Штаб полка оказался прямо на пути наступающих и успел бежать в Пешки, бросив батареи (судя по описанию в мемуарах командира начальника артиллерии 16-й армии Казакова, имела место сцена, близкая к начальному эпизоду из фильма «Свои»). Орудия батарей были частично брошены артиллеристами на позициях, а частично расчеты попытались вывезти их из Солнечногорска, но были расстреляны танками на шоссе. Сопротивление оказали две 85-мм зенитных пушки, расчеты которых не дрогнули и вроде бы успели подбить два танка и один бронетранспортер, пока подоспевшая пехота не перестреляла их прямо у орудий. С ними же принял смерть и местный житель, который в ходе боя заменил погибшего подносчика снарядов. Ровно по мотивам подобных эпизодов противостояния одиноких зенитчиков и немецких танков, которые, увы, в Подмосковье имели место неоднократно, после войны был снят фильм «У твоего порога».


85-мм зенитные пушки на прямой наводке по наземным целям. Снимок танкиста из 2-й танковой дивизии. Конец ноября 1941.

Чтобы исправить положение, советское командование срочно стягивало под Солнечногорск все немногочисленные резервы. 23 ноября в районе Солнечногорска действовали танковый батальон 129-й танковой бригады и 139-й отдельный танковый батальон, который вечером предыдущего дня забрали из 146-й танковой бригады из района Истры для контрудара под Клином. 139-й отб провел атаку под Обуховом, но успеха не имел. Стоит упомянуть, что 146-я танковая бригада первой получила на вооружение недавно доставленные конвоем PQ-1 английские танки и только что прибыла на фронт, войдя в соприкосновение с противником 21 ноября на Истринском направлении. 139-й отб имел на вооружении «Валентайны», и для немецкой 2-й танковой дивизии появление английских танков на Восточном фронте стало новостью дня 23 ноября. Счетчик одного из танков выпуска сентября 1941 года показывал лишь 40 км. По немецким данным в том бою были подбиты 8 тяжелых и 1 легкий танк (т.е. 8 «Валентайнов» и 1 Т-60, учитывая состав батальона).


«Валентайн» из 139-го отдельного танкового батальона, подбитый под д. Обухово

Кавгруппу Доватора, включая панфиловцев, срочно направили ближе к Солнечногорску, в район южнее города. Из фронтового резерва в село Пешки, расположенное в 9 км от Солнечногорска в сторону Москвы, был направлен 126-й отдельный танковый батальон. Подробности дальнейших действий 1077 сп описал в мемуарах бывший политрук 1-го батальона В. Малкин, которого широко цитирует Иванов. Вечером полк 23 ноября снялся с только что занятых позиций и выступил в трудный марш по обледенелым разбитым дорогам, - длинным кружным путем через Истринское водохранилище и деревню Пятница, чтобы избежать неожиданных встреч с противником на марше. Для солдат полка это была уже вторая бессонная ночь.

Утром 24 ноября полк вышел в назначенный район перед деревней Пешки и получил задачу прикрывать фланг 53-й кавалерийской дивизии, готовившейся к атаке на Солнечногорск вдоль железной дороги вместе с другими дивизиями кавгруппы Доватора (все они к тому времени были уже весьма малочисленными). Роты полка заняли оборону перед Пешками по обе стороны Ленинградского шоссе - от железной дороги через деревню Савельево и шоссе до высоты за деревней Карпово, где утром уже побывала немецкая разведка. Пушки поставили на наиболее танкоопасном направлении – у шоссе. Днем немцы отражали атаки кавалеристов, но в немецких документах больше внимания уделяется противодействию атакующим танкам по обе стороны шоссе – очевидно, днем был задействован 126-й отб. Столкнувшись с его «сверхтяжелыми» КВ-1, немцы срочно запросили 88-мм зенитки. По ту сторону железной дороги вместе с кавалеристами продолжали атаки «Валентайны» 139-го отб - увы, без большого успеха.

Ближе к вечеру фронт обороны 1077 сп сократили до наиболее угрожаемого участка – теперь почти все бойцы двух батальонов обороняли только открытую безлесную местность от железной дороги через Савельево до шоссе. Между деревней и шоссе занял позиции 1-й батальон. Шоссе заминировали. Непосредственно у шоссе занимала оборону 1-я рота М. Митько с двумя противотанковых ружьями при поддержке трех орудий полковой батареи и двух легких танков из 126-го отб, расположившихся на окраине Пешек.

Вечером 2-я танковая дивизия начала атаку вдоль шоссе. На самом шоссе подорвался мотоциклист-разведчик, немецкие саперы под огнем орудий полковой батареи и пулеметов не смогли разминировать дорогу, и танки съехали в шоссе в поле. Первой вступила в бой группа из четырех истребителей танков из 1-й роты. По рассказу выжившего истребителя сержант П. Киреев связкой гранат сбил гусеницу одному танку и бутылкой поджег его, но сам был расстрелян сопровождавшими танк пехотинцами.
В это же время, прямо в ходе боя группа полковых саперов боя спешно выдвинулась перед боевым порядком роты на обозначившийся путь наступления танков и выставила мины, но уйти саперы уже не успели, и большая их часть там же и полегла. На минах подорвался один танк и несколько солдат.

Как пишет В. Малкин, «наиболее сильный удар пришелся по 1-й стрелковой роте лейтенанта М.М. Митько. Здесь атаковала пехота, усиленная танками. Вот эти-то танки … прорвались к окопам истекающей кровью роты и смяли ее. Немецкие солдаты ходили и добивали в окопах раненых бойцов. Рота перестала существовать. Уцелели немногие, оказавшиеся в тот момент в тыловой ячейке роты».

Полковую батарею по огородам и дворам обошли автоматчики, но под прикрытием двух танков она успела отступить. Немцы ворвались в Пешки и ближе к ночи полностью заняли деревню, выйдя к пересекавшему ручей оврагу за ней. Мост через ручей на дне оврага был разрушен. Наша танковая атака на Пешки поздним вечером была отбита.

Между тем вечером в Пешках расположил временный командный пункт командующий 16-й армией Рокоссовский, который только что под обстрелом выехал из-под Клина.
«Вбежал наш офицер связи. Он доложил, что немецкие танки вошли в деревню по шоссе, автоматчики двигаются по сторонам, обстреливая дома.
В такую переделку мы еще не попадали. Первая мысль: «Где же войска, перекрывавшие шоссе?..» Вторая: «Где наши машины, целы ли?..» (Мы их оставили на южной окраине.)
Вышли из избы. Стали осматриваться. В деревне то впереди нас, то в стороне рвались снаряды. Некоторые проносились со свистом и мягко шлепались о землю или ударяли в постройки, в заборы, но не разрывались. По-видимому, это были болванки, которыми стреляли немецкие танки.
Ночь озарялась вспышками разрывов мин и массой светящихся разноцветными огнями трассирующих пуль. Подумалось: «Какая эффектная картина!..» Но тут же сознание опасности поглотило все.
У дома все еще стоял танк. Командир предложил мне сесть в него. Я приказал ему немедленно отправиться в танке на розыски своей части, прикрыть шоссе и не пропустить врага дальше железной дороги, пересекавшей Ленинградское шоссе в 6—8 километрах южнее Пешек.
Сами же мы — а собралось нас человек двенадцать,— разомкнувшись настолько, чтобы видеть друг друга, стали пробираться к оврагу в конце деревушки. Невдалеке промчался на большой скорости Т-34. Под сильным обстрелом неприятеля он скрылся из глаз.
Осторожно приблизились к шоссе и вскоре нашли свои машины. Наши товарищи — водители не бросили нас в беде.»

Задача на 25 ноября 2-й танковой дивизии повторяла задачу предыдущего дня – продвинуться по Ленинградскому шоссе до Дурыкина.


Солдаты 2-й танковой дивизии у поврежденного немецкого легкого пехотного орудия, вероятно, в Пешках.


Солдаты 2-й танковой дивизии у брошенной советской 85-мм зенитной пушки, вероятно, в Пешках или Есипове.

Вместо раненого в бою 24 ноября Шехтмана в командование 1077 сп вступил военком полка Краснов. К утру 25 ноября панфиловцы везде отошли за овраг, по которому течет ручей Задеринога. В Есипово тем временем подтягивались наши резервы. Помимо артиллерии отступивших туда батарей 289-го противотанкового артполка в деревню из резерва фронта прибыл 138-й отдельный танковый батальон, имевший на вооружении английские «Матильды», «Валентайны» и советские Т-60 (этот батальон был выведен из 146-й тбр в резерв еще при ее отправке на фронт). Также для борьбы с танками из войск ПВО Московской зоны обороны передали 19-ю и 20-ю батареи 864-го зенитно-артиллерийского полка.
В течение 25 ноября наши части неоднократно пытались атаковать Пешки и Савельево. Не видя возможности пройти через овраг по шоссе, немецкие танки направились вдоль оврага на восток, по дороге в Терехово на Овсянниково и Шелепаново и дальше на восток. В этот день наших бойцов поддерживала и авиация. Немецкие зенитчики отчитались об одном сбитом штурмовике (ошибочно опознанном как "Ди-6").


Немецкие танки идут черед деревню Терехово в обход нашей обороны в Красной Горке и Есипове.

26 ноября 1-й батальон 1077 сп вместе с 50-й кд снова пытался атаковать Пешки. В эту атаку бойцов вел заменивший раненого комбата Х. Елокова его заместитель, младший политрук А. Гладков. В низине перед деревней батальон был надолго прижат пулеметным огнем из церкви. Артиллеристы безуспешно пытались подавить пулемет огнем из Красной Горки. Решила дело авиация – по сигналу ракетой с земли несколько самолетов нанесли удар по переднему краю немцев. Одна из бомб обрушила купол церкви, и пулеметчик замолчал. После этого панфиловцам удалось ворваться в деревню и захватить южную часть Пешек, но удерживать ее вышло недолго. В этом бою А. Гладков был убит.


Современный вид на Пешки со стороны бывшей Красной Горки. По этой низине, местами переходящей в овраг, 24 ноября выбирался из Пешек Рокоссовский, 25 ноября немецкие танки уходили по дороге за ней направо в Терехово (обозначена заборами), а 26 ноября через нее наступал 1-й батальон панфиловцев во главе с А. Гладковым. В правом углу видна церковь у кладбища, скорее всего, построенная на месте той, из которой вел огонь по панфиловцам немецкий пулеметчик.

Тем временем, 26 ноября на Ленинградское шоссе была переброшена и заняла позиции на линии Поварово-Ложки-Майдарово, позади Есипова, уже охваченного и частично занятого немцами, 7-я гвардейская дивизия. Это была уже заметная сила, и серьезный аргумент. Дивизия вела бои последующие три дня, 27-29 ноября медленно пятясь от Есипова до Дурыкина, контратакуя и сдерживая врага. Возможность перевезти и развернуть ее дали стойкость и упорство кавалеристов Доватора, полка Шехтмана и прочих мелких частей и подразделений, стянутых к Пешкам.
Их героические действия не только задержали немецкий танковый кулак, но и заставили командование противника изменить планы – передовые части 2-й танковой дивизии, отказавшись от прорыва к Москве по шоссе, направились от Пешек на восток, в обход обороны частей Рокоссовского на шоссе и были окончательно остановлены в районе Красной Поляны, откуда спустя несколько дней покатились обратно на запад.


"Матильда" из 138-го отб и Т-60 из 138-го или 126-го отб, подбитые в деревне Есипово.

К 28 ноября бойцы 1077 сп и 50 кд все еще держались между Ленинградским шоссе и железной дорогой в районе Парфеново-Жуково-окраина Есипово – четвертый день - хотя и справа, и слева от них уже далеко продвинулись немцы. Наконец, поступил приказ на отступление, и панфиловцы извилистым путем по еще не занятой немцами территории – через Жуково, Березки, Поварово, перейдя железную дорогу, а после опять вернувшись на Ленинградское шоссе – направились на соединение со своей дивизией под Алабушевом. Двигались под обстрелом и ударами авиации, местами вступая в бой. На этом пути лишилась последних бойцов полка и перестала существовать как единица саперная рота полка.
По итогам боев под Пешками и Есиповом панфиловцы потеряли не менее половины из тех трех сотен человек, которые 23 ноября составляли 1077 полк без 3-го батальона.

Между Пешками и Парфеновом (в тылу обороны 2-го батальона 1077 сп 25-28 ноября 1941 года) я в детстве проводил каждое лето, местами находил в лесу окопы и воронки, но много лет кроме краткого и не вполне точного описания в прочитанных в старших классах воспоминаниях Рокоссовского ничего не знал об этих событиях.
Спасибо В.И. Иванову за его книгу.


Рубеж обороны 1077-го сп 23.11 и марш в ночь на 24.11


Позиции 1077-го сп 24-28.11 и маршрут возвращения в дивизию 28-29.11
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 48 comments